Характеристика причастия как именной формы глагола



Download 47,64 Kb.
bet1/6
Sana12.05.2023
Hajmi47,64 Kb.
#937423
  1   2   3   4   5   6
Bog'liq
Именные формы глагола


Характеристика причастия как именной формы глагола
Предпосылки формирования причастия в древнейших дешифрованных языках
Причастие – это самое распространенное в индоевропейских и семитских языках глагольное имя адъективного характера. Причастия имеют много морфологических форм и обладают большим количеством синтаксических функций, многие из которых начали формироваться уже в самых древних дешифрованных языках, хотя в ту временную эпоху причастие еще не всегда дифференцировалось от других неличных форм глагола.
В шумерском языке с различными причастными формами индоевропейских и семитских языков можно соотнести следующие значения общего глагольного имени (глагольное имя в этих примерах в большинстве случаев оформлено показателем номинализации или детерминации – суффиксом -a-):
1) Глагольное имя в виде «чистого корня» или корня, оформленного суффиксом -ed- может быть эквивалентом причастия настоящего времени. Чаще это причастие относится к категории действительного залога, но это относительное определение, так как сама категория залога в шумерском языке отсутствует. A du – «вода, текущая (как) змея». -e-ninnu- -ra – «правителю, строящему храм Энинну». В словосочетаниях, где глагольное имя употребляется с суффиксом -ed-, переводчики обнаруживают дополнительное значение возможности совершения действия: kur tin biz-biz- (biz-biz-ed) – «гора (из которой) может капать вино». Такое значение отчасти сопоставимо со значением индоевропейского герундива или причастия возможности, а также со значением древнегреческого отглагольного прилагательного на -τος. Некоторые значения шумерского глагольного имени в виде корня, оформленного суффиксом -a-, можно сравнить со значениями индоевропейских страдательных причастий настоящего и прошедшего времени и с действительным причастием прошедшего времени: ama -8-e tu-ud-da (tud-a) – «мать, родившая восьмерых молодцев»; en-dab-ba – «пойманная птица»; ulgi a- d-a ki-bal- -nun-bi di-da (di-ed-a) «Шульги, умеющий (подобно) прорвавшимся водам громко кричать на враждебные страны».

В эламском языке различают следующие причастные формы:


1) Причастие состояния. Образуется от основы посредством классного показателя -k- (в единственном числе этот формант всегда является показателем класса лиц): hani-k – «любимый», i-k – «построенный». Множественное число hani-p, i-p по форме совпадает с непереходным предикатом. Классный показатель причастия обычно не переносится на согласуемые с причастием слова: rutu hani-k u-r-e – «жена любимая моя».
2) Причастие действия (или имя действующего лица). Оно образуется от основы посредством удвоенного классного показателя -kk- и относительного показателя –a-: hani-kk-a – «любящий»; i-kk-a – «строящий», «построивший», множественное число i-pp-a. В новоэламском языке данная форма начинает употребляться для обозначения имени действия. Причастие состояния, как и герундив, в предикативном употреблении может иметь показатели лица и спрягаться как непереходное сказуемое. Это позволяет сравнить данную форму с аккадским стативом.

В хурритском языке зафиксировано три причастия:


1) причастие состояния с суффиксом -a-, образуется преимущественно от непереходных глаголов: un-a – «приходящий»;
2) причастие действия (активное) с суффиксом -i-: tad-ug-ar-i – «любящий»;
3) причастие состояния как объекта действия (пассивное) с суффиксом -u- (суффикс -u- графический, при чтении произносится – o): tad-u / o – «любимый». Это причастие образуется в большинстве случаев от переходных глаголов. Такие же форманты употребляются для словообразования от именных основ: ew(i)r-i – «господин».

В урартском языке зафиксированы только две причастные формы, которые аналогичны хурритским:


1) причастие действия с суффиксом -i-: -i;
2) причастие состояния с суффиксом -u / o-: -u / o – «наступивший».
Форманты, определяющие в хурритском и урартском языках глагольную форму как причастие, фактически являются показателями переходности / непереходности. Поэтому причастия, по сути, представляют собой глагольную основу с формантом переходности / непереходности.
Минимальное количество формантов при глагольной основе дополнительно характеризует эти формы как первичные по отношению к спрягаемым.
Кроме формантов переходности / непереходности причастия в хурритском и урартском языках могут присоединять и другие глагольные форманты, которые являются показателями времени и наклонения. В хурритском языке у причастий зафиксированы показатели всех времен: un-o-kk-a-lla – «они происходят» (наст.время), un-ed-t-a – «он придет» (буд. время), pass-u/oz-I – «посылавший». Поэтому хурритские причастия часто употреблялись в качестве предиката, особенно это касается непереходных причастий с суффиксом -a-. В урартском языке причастие в предикативном употреблении обычно сопровождается глагольной связкой manu / o – «есть», «был». Таким образом, урартские причастия в предикативной функции в какой-то мере являются аналогом аналитических глагольных индоевропейских глагольных форм, которые состоят из причастия и связочного глагола.

И в хурритском и в урартском языках причастия могут присоединять показатель цели –ae-, -a(i-). Причастия с данными формантами приобретали дополнительные оттенки значений: tupp-ubad-a(e)-lla – «действительно принявшим их (был)», «действительно их принял» (хурр.); наречное значение: teu / ol-ae – «очень», nir-ae – «легко» (хурр.) В урартском языке встречаются результативные причастия с формантом -urǝ (от непереходных глаголов) и с формантом -a(j)urǝ- (от переходных глаголов): u- t-urǝ – «приходивший», man-urǝ – «бывший».


Таким образом, можно заключить, что уже в самых древних дешифрованных языках существовали основные формы и функции причастий, которые получили дальнейшее развитие в индоевропейских и семитских языках:
1) Зафиксированы формы причастий активного и пассивного залогов.
2) Причастия дополнительно могли присоединять форманты, характеризующие их в отношении времени и наклонения.
3) Причастия употреблялись в предикативной функции в качестве именного компонента сложных глагольных форм.
4) Минимальное количество формантов в составе древнейших причастных форм и большой объем их синтаксических функций определяют первичность происхождения причастий по отношению к спрягаемым глагольным формами.

Download 47,64 Kb.

Do'stlaringiz bilan baham:
  1   2   3   4   5   6




Ma'lumotlar bazasi mualliflik huquqi bilan himoyalangan ©hozir.org 2024
ma'muriyatiga murojaat qiling

kiriting | ro'yxatdan o'tish
    Bosh sahifa
юртда тантана
Боғда битган
Бугун юртда
Эшитганлар жилманглар
Эшитмадим деманглар
битган бодомлар
Yangiariq tumani
qitish marakazi
Raqamli texnologiyalar
ilishida muhokamadan
tasdiqqa tavsiya
tavsiya etilgan
iqtisodiyot kafedrasi
steiermarkischen landesregierung
asarlaringizni yuboring
o'zingizning asarlaringizni
Iltimos faqat
faqat o'zingizning
steierm rkischen
landesregierung fachabteilung
rkischen landesregierung
hamshira loyihasi
loyihasi mavsum
faolyatining oqibatlari
asosiy adabiyotlar
fakulteti ahborot
ahborot havfsizligi
havfsizligi kafedrasi
fanidan bo’yicha
fakulteti iqtisodiyot
boshqaruv fakulteti
chiqarishda boshqaruv
ishlab chiqarishda
iqtisodiyot fakultet
multiservis tarmoqlari
fanidan asosiy
Uzbek fanidan
mavzulari potok
asosidagi multiservis
'aliyyil a'ziym
billahil 'aliyyil
illaa billahil
quvvata illaa
falah' deganida
Kompyuter savodxonligi
bo’yicha mustaqil
'alal falah'
Hayya 'alal
'alas soloh
Hayya 'alas
mavsum boyicha


yuklab olish